Вернуться на Кодар

Началось всё с того, что я занимался съёмками проекта «Экспедиция» для телеканала «Россия-1» в течение полутора лет. Я был исполнительным продюсером этого проекта с самого его начала. В первый сезон мы объездили достаточно много объектов от Кольского полуострова до Камчатки, девять мест посетили. Ездили мы наполовину русской, наполовину немецкой командой. Был немецкий оператор Кристиан и его ассистент. Было двое русских: я и оператор, который отвечал за систему стабилизации, Илья Любимов.

Когда подошёл к концу первый сезон экспедиции, встал вопрос о том, что пора нам начинать снимать полностью русской командой, во-первых, по экономическим соображениям, поскольку наступили тяжёлые времена, курс доллара подрос, тяжело стало работать с европейцами. Плюс опыт уже был накоплен, и мы почувствовали силу и потенциал снимать самостоятельной командой. В этот момент в команде появился Кирилл Бодров, который является одним из организаторов экспедиции Open Kodar.

В жизни так часто бывает: нас свёл случай. Кирилл в тот момент, вернувшись с ПМЖ в Таиланде жил в Чите. Так забавно получилось, что наша первая поездка во втором сезоне «Экспедиции» как раз была запланирована на Чарские пески. Это была наша десятая поездка во всей экспедиции, но одна из очень запоминающихся, несмотря на то, что к тому моменту мы уже бывали на Чукотке, в Арктике на острове Врангеля, на Камчатке, на Байкале и на Алтае. Честно говоря, поездка в Каларский район оставила неизгладимое впечатление.

Затем было ещё несколько поездок, включая Адыгею, Крым, плато Путорана (плато на северо-западе Красноярского края. Коренные жители считают, что там обитает Огненный бог – хозяин ада и мучитель душ). Тоже очень интересные места.

.

Проект закончился, кто-то остался в Москве, Кирилл вернулся в Читу. Мы достаточно хорошо подружились и продолжали всё это время общаться. Нас не покидали мысли о какой-то подобной затее. Проект «Экспедиция» закончился, но привычка путешествовать осталась в крови. Всегда очень сложно переключиться на оседлость.

Инициатором истории с Open Kodar является Кирилл. Мне он рассказал о ней где-то в конце осени – начале зимы, меня это очень заинтересовало, поскольку я очень люблю путешествовать, люблю снимать, и имею опыт приличный в этом направлении.

Наработки были его, я подключился, стал помогать, чем могу, искать спонсоров. В данный момент история близится к своей реализации.

- Вы будете в экспедиции все 20 дней?

- Пока сложно сказать. Надеюсь, что да. Очень много всяких параллельных проектов, которые сейчас утверждаются, затеваются. Очень много факторов, от которых это будет зависеть. Я сделаю всё возможное, чтобы оказаться там на максимальный срок вместе с командой, но реалии моей московской жизни, возможно, продиктуют ограничения.

- Там ведь планируется подъём на пик БАМ, как у вас с альпинистскими навыками?

- У меня их нет вообще. Я бывал в горах, но восхождения никогда в жизни не совершал, поэтому меня это с одной стороны очень будоражит, с другой стороны немножко пугает. Я бы хотел принять участие, но в команде Open Kodar имеются опытные альпинисты-инструкторы, тут будет многое зависеть от их мнения.

- Чем Open Kodar отличается от других проектов, в которых вы участвовали и участвуете сейчас?

- В первую очередь, тем, что он основывается на голом энтузиазме. Все другие проекты, как правило, телевизионные, коммерческие, рекламные. Уникальность этого проекта в том, что он создан и продвигается энтузиастами. Идея и задача, которые преследуются – бескорыстные. Основной двигатель – это энтузиазм, любовь к природе и желание снова побывать в этих местах, запечатлеть их должным образом. Так, как они этого заслуживают.

Места удивительные, уникальные, они ничуть не уступают Камчатке, Алтаю. Они просто другие, и мало кто о них знает. Чарские пески, Кодар – места ничуть не менее привлекательные с точки зрения туризма, но в данный момент о них практически нулевая осведомлённость. Задача проекта – в том числе популяризировать Каларский район.

Понятное дело, что туда тут же хлынут толпы туристов, но это, на наш взгляд, необходимый шаг в процессе популяризации забайкальского туризма. Большинство людей в России представления не имеют о том, какими красотами она располагает. Мне очень понравилось благодаря проекту «Экспедиция» показывать людям, где они живут.

Тех мест, куда действительно хочется вернуться не так много, Каларский район – одно из них. В тройку-четвёрку мест входит, куда хотелось бы вернуться. Очень нравится Алтай, Северный Кавказ и Камчатка.

Но Чарские пески – одни из самых манящих своей экзотикой. Они для меня более привлекательны, чем Камчатка, где много совершенно космических ландшафтов, но она намного более разрекламирована.

Когда я готовился к нашей первой поездке на Чарские пески, у меня была большая проблема с получением информации и поиском людей, которые могут помочь. Найти Кирилла Бодрова было большой удачей.

- В экспедиции оператор с собой берёт камеру, журналист – ручку и блокнот, турист – рюкзак. Что берёт с собой продюсер.

- Всё, что берёт обычный человек, что необходимо для выживания в походных условиях. Видите, когда ты едешь снимать природу – это достаточно специфическая форма работы. Это маленькая команда – мы ездили командой четыре человека, это очень компактный коллектив, где каждому приходится брать на себя больше функций, чем предполагается по его служебному расписанию, назовём это так. Я, например, кроме того, что занимался продюсированием и организационными вопросами. Также брал на себя часть работы, связанной со съёмкой, брал на себя таймлапсы (ролики, смонтированные из множества фотографий, сделанных с одной и той же точки с определённым интервалом – Ю.С.), снимал весь backstage экспедиции (то, что остаётся за кадром – Ю.С.) и так далее. Поэтому кроме необходимых любому туристу вещей мне приходилось брать всяческую съёмочную технику.

Такие съёмки – это не съёмки кино, где есть большая команда и каждый отвечает только за свою работу. Когда ты едешь такой маленькой группой, ты привыкаешь к тому, что ты сам всё это таскаешь, помогаешь другим разбирать, приводить в порядок, следить за техникой.

- Как вы пришли в продюсирование?

- Пришёл в эту профессию во многом благодаря воле случая, как это часто в жизни бывает. Я учился на отделении лингвистики в Университете дружбы народов. Тогда начал работать ассистентом продюсера на съёмках телесериала «Бедная Настя» - одной из первых российских мыльных опер. Попал в эту среду, работал некоторое время с американскими продюсерами Sony Pictures на съёмках различных сериалов и фильмов, затем попал на работу в телекомпанию. Занимался разными задачами от работы со сценаристами, маркетинга до работы с фестивалями. Затем занимался компьютерной графикой в компании «Базилевс», где работал на проекте «Особо опасен», занимался супервайзингом (администрированием, контролем за работой персонала – Ю.С.) производства компьютерных эффектов, компьютерной графики в фильме.

Затем работал на канале Disney несколько лет, запускал его и выстраивал команду эфирного промо, который занимается производством анонсов, эфирной графики и так далее.

Затем немножко подрос и создал свой продакшн, который сегодня снимает различные видео для digital-агентств, для рекламных агентств, для интернета и телевидения. И в какой-то момент сотрудничал с ВГТРК, снимал проект «Экспедиция». В настоящий момент я снова занимаюсь только своим продакшном, снимаю различные проекты, в основном рекламу.

- Что должно быть в фильме проекта Open Kodar, чтобы он имел успех у зрителей?

- Должно присутствовать несколько элементов: красивая, хорошо снятая природа. Даже если в фильме не будет больше практически ничего, уже сама природа заслуживает внимания и интереса зрителя. Второй фактор – должно быть интересное повествование. В нашем случае повествование мы планируем строить на приключениях всей съёмочной команды экспедиции Open Kodar. Экспедиции в такие места – это всегда сложно, никогда не бывает, чтобы всё получилось 100% по плану. Любая экспедиция – это приключение, а люди любят приключения, их всегда можно интересно рассказать. Я воспринимаю этот фильм как такой road movie («дорожное кино» - Ю.С.), разворачивающийся в красивой природе. Мне кажется, эти два компонента должны быть интересны.

- Сколько времени потребуется на то, чтобы создать фильм проекта Open Kodar и когда зрители его увидят?

- Сложно прогнозировать. Это можно делать, когда ты занимаешься коммерческим проектом, и у тебя есть определённые сроки и ресурсы, которые можно вложить. Если бы это был коммерческий проект, то можно бы было за месяц – полтора смонтировать, озвучить, покрасить, сделать коррекцию, то есть можно было бы сделать постпродакшн фильма. Поскольку вся затея держится на плечах энтузиастов, работа творческой группы происходит на добровольных началах. Когда что-то делается на добровольных началах, сроки очень сложно прогнозировать, это может произойти за 1-2 месяца, а может растянуться на полгода. Мы, конечно, будем стараться, мы очень заинтересованы в этом продукте, мы очень любим эти места. Именно поэтому мы объединили свои силы и верим в то, что у нас получится классный, интересный продукт, интересный фильм.